ПОГРАНИЧНИК

Служба наша - самая важная. Слышали же наверняка: "Есть такая профессия - Родину защищать". Это аккурат про нас. Тут маменькиным сынкам не место, факт. Хотя, по мне, так здесь у них шанс принести пользу стране, а не проживать свою никчемушную жизнь в лентяйстве, под усюсюканье одиноких тёток.

Природа у нас сказочная. Вроде, и города тебе, и ГЭС знаменитая, а как отвернешься оттеда - и вот уж тебе тайга, и ели в сумерках сплошь стеной стоят - не продерешься, и кажется, один шаг туда сделай, обратно никакое чутье не выведет. Не какая-то вам рощица столичная (еще и за забором, чтоб последнее не ободрали), а ЛЕС. Бывало, зимой патрулируешь район, да на звериные следы и наткнешься. Как раз на прошлой неделе видел - вроде кошачьих, но такой кошке лучше не попадайся. Рысь то. А бывает, кабан в чаще промелькнет. С этим товарищем точно встречаться не хотелось бы. Знакомец мой, что лет восемь на границе отслужил, говорит, как-то белого тигра видал, да я думаю, заливает.

Летом служба полегче. Летом по Амуру катера береговой охраны катаются, нарушителей пугают. Каких нарушителей? А китайцев. Это у нас с ними на бумаге дружба и прочие любезности. Это их Дзяньдзимини да Хуцзеньтаи по телевизору могут красиво на своем птичьем языке щебетать, в любви клястьcя. А только все девяносто лет, что служба пограничная существует, китайсы эти к нам пролезть норовят.
Поймают такого китайсу и спрашивают: "Что тебе, китайса, в своем Китае не сидится? Что ты сюда пролез? Медом вам тут, что ли, намазано?"
Чирикает чего-то себе, руками разводит. Ничего не понятно. Все у них не как у людей.

Правда, помнится, прошлым мартом парочку подсекли, те по-нашему понимали и балакали слегка. Сказали, за тигром пришли. Не поверите - не за шкурой, а за... Даже и сказать странно. Я так и не поверил. Ну мыслимое ли дело - тигра ради этого самого убивать? Говорят, у них тигриное это самое по страшным ценам идет. Вроде от него мужское хозяйство в радостное состояние приходит. По мне - так полная чухня. Мужик ты - так и хозяйство у тебя в нужной кондиции будет. А эти - нет, верят в чудодейство тигриного хрена. Как они его принимают-то? Подумать противно. Тьфу!

Летом у нас еще спокойно, а как холода вдарят, начинается горячий сезон. Потому - Амур замерзает, они по льду к нам и бегут. За тигриным хреном, изюбровой печенкой, медведёвой желчью. И тут уж держи ухо востро. Правда, одних ушей не хватает, так что работаем в парах - один пограничник, одна собака.

Я здесь пятый год служу. И вдруг на заставу привозят молодняк. Ну, мне и подсуропили - подкинули щенка. Я-то надеялся, что с опытом дадут, да не тут-то было. Хлопнул командир меня по спине и говорит: "Ты у меня парень бывалый; бери молодого, справишься." Говорит, кому еще доверить воспитание молодежи? И ржет. Ну, щенок - так щенок. Так и началось обучение.

Натерпелся с ним, конечно. Пока из такого сопливчика-слюнявчика пограничника сделаешь, с катушек съедешь. Учишь идти вправо - идет влево, учишь прямо - пятится назад. Рыкнешь на него, а он и хвост поджать готов.

Сначала все к еде привыкнуть не мог. Уж не знаю, чем его там дома кормили, а от местной еды у него все время живот крутило. Учимся идти по следу, а он вдруг станет как вкопанный, потом сядет и смотрит жалобно. И поскуливает. И что с ним делать?
Ленивый, опять же. Поспать бы ему все. Сидим в скрытой засаде, вдруг слышу - сопит. Думаю, чё сопит-то? Повернусь - а он глазки сомкнул и дремлет. Щенок и есть.

В общем, полгода промучились как-то. Потом привыкать начал. Утром бодро выглядеть стал, след научился распознавать, силовое задержание на "хорошо" сдали. Могли бы и "отлично" получить, да он не выдержал и голос подал, а здесь все надо молча делать. И ко мне так привязался - радуется, обниматься лезет, скачет вокруг. Ничего, остепенится.
Через годик-полтора совсем заматереет. Отловит десяток-другой нарушителей - у нас с этим не залежится. Глядишь, к концу второго года еще и значок отличника службы получит. А потом придет однажды, обхватит за шею и будет в ухо что-то шептать: "Прощай, мой хороший. Прощай, Мухтар. Как же я без тебя, лохматый мой? Эх!.."

И от шепота этого что-то вдруг повернется в груди, и кажется, распирает ее изнутри так, что шерсть дыбом встает, и из горла всхлип рвется.

Это ничего. Это бывает. Я знаю. И знаю, что со временем проходит. Почти. До следующего раза...